Особенно громкой обещала стать акция 1979 года. Тогда оппозиционная группа «Рух», Ruch — «движение». насчитывавшая 100 человек, запланировала взрыв музея и памятника Ленину в Поронине.

Владимир Ленин еще до Первой мировой войны приезжал в Бялы-Дунаец и Поронин — деревни, расположенные в Подгалье, — чтобы поправить здоровье. Порой его сопровождала Надежда Крупская. Говорят, Ленин планировал организовать здесь партийную школу.

Музей торжественно открыли в ноябре 1947 года. Для коммунистов он стал культовым местом. В течение десятилетий — до самого закрытия в 1990 году — школьники и рабочие приезжали туда на экскурсии. Проводились здесь и слеты Союза польской социалистической молодежи (аналог советского комсомола).

Памятник Ленина на фоне музея в Поронине. Источник: Deutsche Fotothek / Wikimedia

Удивительно, но на этих пропагандистских мероприятиях во время неофициальной части распевали ироничную песенку неизвестного автора:

Поронин славится своим старинным вязом,
К нему великий вождь отлить ходил два раза.
(...)
А в Ленинграде жив еще марксист-философ,
Что Ленина лечил кефиром от поноса.
(...)
Ты, в мавзолей зайдя, помедли на пороге:
Ведь там хранятся ленинские ноги. Dziś w Poroninie rosną jeszcze takie drzewa, / Pod które Lenin kiedyś chodził się odlewać.(...) / A w Leningradzie żyje stary komsomolec, co Leninowi kwaśnym mlekiem leczył stolec.(...) / A gdy przekroczysz mauzoleum progi, To wstrzymaj oddech, bo tam leżą wodza nogi.

Это было странно: такие тексты явно противоречили официальной пропаганде. И тем не менее, власти ничего против не имели.

В 1970 году шла подготовка к грандиозному празднованию столетия со дня рождения вождя революции. В рамках акции «Трижды Ленин» (борьба за: 1 — повышение качества продукции, 2 — ее современность и 3 — увеличение экспорта) рабочие совершали трудовые подвиги, а полтора миллиона школьников приняли участие в научной олимпиаде на ленинскую тематику. Радио и телевидение изводили слушателей бесконечными историями о революции и вожде мирового пролетариата.

Анджей Чума, один из организаторов акции, на судебном процессе

Создается впечатление, что после провального культа Сталина, Берута или Гомулки правящая группа придумала культ Ленина, чтобы прикрыть свою несостоятельность и нечестность по отношению к обществу.

Анджей Чума объяснял суду, почему у нескольких представителей подпольной оппозиции возникла идея взорвать Ленина.

В заговоре участвовали члены группы «Рух», которую возглавляли братья — юрист Анджей Чума и инженер Бенедикт Чума. Важную роль играл также Мариан Голебевский, который во время войны был связан с Армией Крайовой, Крупнейшая подпольная организация в оккупированной Польше. а после войны — с подпольным объединением «Свобода и независимость». Он был единственным в группе, кто ранее участвовал в диверсионных акциях. Среди заговорщиков был также Стефан Несёловский, после перемен 1989 года ставший депутатом. В 1970 году именно он выдвинул идею поджечь музей в Поронине, которую поддержали его товарищи, а также предложил взорвать памятник.

Не все пошло по плану заговорщиков. Оказалось, например, что в подвале музея Ленина находится притон, торгующий нелегальным алкоголем. Там регулярно происходили попойки. А оппозиционеры не хотели никому навредить. Но диверсия не состоялась по другой причине. За «Рухом» несколько месяцев следили сотрудники Службы безопасности — в группе у них был свой агент. Незадолго до запланированной акции были арестованы десятки людей.

Самые большие сроки по этому делу — семь лет тюремного заключения. Сурово, принимая во внимание, что оппозиционеры лишь планировали взорвать памятник, но так этого и не сделали.

«Освободить братьев Ковальчиков»

Всего год спустя была проведена диверсионная акция, которая увенчалась успехом. В октябре 1971 года актовый зал Высшей педагогической школы Сегодня — Опольский университет. в Ополе готовили к празднованию Дня Гражданской милиции и Службы безопасности. Ночью там взорвалась бомба. Никто не пострадал.

Взрывчатку подложили братья Ковальчики — Ежи, токарь в мастерских ВПШ, — и Рышард, преподаватель физики там же. Они не принадлежали ни к одной оппозиционной группе, а взрыв устроили в знак несогласия с тем, что годом ранее власти жестоко подавили протесты рабочих на балтийском побережье против повышения цен на мясо.

Стало известно, что в Ополе планировалось награждение функционеров, которые стреляли в рабочих в Щецине. Ежи не мог смириться с мыслью, что милиционеры и гэбэшники, ответственные за бойню на демонстрации получат ордена. Взрывчатое вещество братья извлекли из  снарядов времен Второй мировой войны, которые нашли в лесу. Под помещение актового зала они проникли по туннелям теплотрасс.

Братья намеревались разрушить зал, но не хотели никому причинить вреда. Взрыв произошел через 40 минут после полуночи. Он повредил крышу и пол в зале торжеств, а также расположенные поблизости архив, библиотеку и буфет. Никто не погиб и не пострадал.

Последствия взрыва актового зала Высшей педагогической школы в Ополе. Источник: Главный архив Опольского университета / Wikimedia

Расследование приобрело колоссальные масштабы, ведь и для милиции, и для Службы безопасности было унизительным, что под самым их носом накануне профессионального праздника подложили взрывчатку. Были допрошены сотни человек. Проводились проверки на предприятиях, с которых пропадал тротил.

После ареста братьев состоялся суд, завершившийся суровыми вердиктами: Ежи был приговорен к смертной казни, а Рышард — к 25 годам лишения свободы. Позже приговор смягчили, и в итоге оба брата получили по 25 лет тюрьмы.

Отмена смертного приговора стала результатом писем, которые в Государственный совет посылали интеллектуалы и священнослужители. В числе просивших о помиловании Ежи Ковальчика были Станислав Лем, Даниэль Ольбрыхский, Вислава Шимборская. Эта акция имела большое значение. В эпоху Народной Польши редко кто публично и под своим именем протестовал против власти. Братья Ковальчики стали «узниками совести». О них писали в бюллетенях оппозиционного, нелегального Комитета защиты рабочих, образованного в сентябре 1976 года. Во время забастовок в августе 1980 года на некоторых предприятиях в перечень требований вносили пункт: «Освободить братьев Ковальчиков». Их освобождения добивалось и оппозиционное Движение защиты прав человека и гражданина.

Рышард вышел из тюрьмы в 1983 году, Ежи — двумя годами позже. В 1993 году, после кассационной жалобы, поданной министром юстиции, Верховный суд изменил квалификацию их деяния с «террористического акта» на «диверсию».

Покушение на дружбу

Бывали и такие покушения, о которых спустя годы уже почти никто не помнил, даже сами покушавшиеся.

В 1990-е годы я нашел группу из нескольких жителей Лодзи, которые подростками 21 октября 1952 года взорвали памятник, посвященный польско-советской дружбе, — «Рабочий и работница».

Памятник «Рабочий и работница» в Лодзи. Источник: Институт национальной памяти Польши

Он напоминал скульптуру с заставки «Мосфильма», «Рабочий и колхозница» — памятник монументального искусства, созданный скульптором Верой Мухиной. изображающую мужчину и женщину с поднятыми руками. Но были и различия. Рабочий и колхозница в версии «Мосфильма» держали серп и молот. В Лодзи — лопату. Кроме того, в Польше у мужчины в левой руке был молоток, а у женщины — птица. На полутораметровом постаменте красовалась надпись: «Вперед, к социализму».

Устроители теракта познакомились в лодзинской начальной школе и были стилягами. Вопреки строгим коммунистическим нравам стиляги одевались красочно: галстук с нарисованной от руки девушкой, твидовый пиджак. Они слушали джаз по лондонскому радио, танцевали джайв и конгу.

Пропаганда их раздражала. Они мечтали подключиться к уличному «колхознику» (висящий на улице громкоговоритель) и вместо партийных речей запустить джаз.

На пробу они взорвали 250 граммов тротила рядом с избирательным участком, вызвав панику. Оценив мощность взрыва, через несколько дней они взялись за памятник.

Однако, как оказалось, памятник был сделан из дерева и гипса. Поэтому, когда взорвались две подложенные под него тротиловые шашки, взрывная волна прошла по пустому внутри постаменту. Будь это гранит, вероятно, монумент превратился бы в руины. А так остался деревянный каркас основания.

По тем сталинским временам они получили относительно небольшие сроки. Отсидели год с небольшим в шахтах — трудовых лагерях. Став взрослыми, они не рассказывали своим семьям о подпольной деятельности юных лет. Но власти о них не забыли. Одного из них допрашивали еще в 1979 году после взрыва «Ротонды» Здание банка РКО на улице Маршалковской. 15 февраля 1979 года в здании произошел взрыв газа, в результате которого погибло 49 служащих и клиентов банка, а 110 человек были ранены. в Варшаве. И люди, и милиция предполагали, что это тоже диверсия оппозиции. Однако они ошибались.

Что до лодзинских стиляг, то они никогда не участвовали в оппозиционных объединениях. А спустя годы уже и не вспоминали о том, что когда-то были заговорщиками.

Переводчик Сергей Лукин, редактор Ольга Чехова